Яркий след на стене... и в душе

Материал ИА «Актуально» о том, в чем разница между вандализмом и искусством

Граффити – одно из самых спорных и неоднозначных увлечений молодежи. С одной стороны, это настоящее художественное искусство, способное превратить даже самый невзрачный домик в уникальное сооружение, но с другой – многие не принимают райтеров и их хобби, путая граффити с глупыми каракулями, которые оставляют вандалы на зданиях или памятниках. Корреспондент ИА «Актуально» встретился с уличными художниками из Нижнего Тагила и вместе с ними окунулся в романтику ночных похождений граффитистов.

Фото:

– А если какой-нибудь прохожий нас увидит? Что делать? – с недоверием спросил я. – Убегать?

– Обычно простым прохожим до нас нет дела. Иной раз даже подходят интересуются, сколько мы уже этим занимаемся, – ответил мой приятель, нанося очередной контур на будущем шрифте. – Кого нужно бояться, так это ментов: они точно мимо не пройдут.

– Поэтому мы и ходим по три-четыре человека: одни рисуют, другие следят за обстановкой, – добавил другой, подсвечивая телефоном «место работы». – Увидишь их, сразу говори. У нас будет секунд 30, чтобы всё собрать и смыться.

Богдан (так зовут первого уличного художника) положил баллончик с ярко-зеленой краской, задумался на мгновение и спросил второго, Сашу (или Флойда – псевдоним, под которым он подписывает все свои работы):

– Я с первой буквой закончил. Каким цветом заполняем?

– Ну вот желтой пока хватает, бери ее.

Вот так получается: знаю парней уже не первый год. С Богданом и вовсе с первого класса. Но выхожу с ними «в ночь» впервые. Думал: пользы от меня никакой – стою на дороге, слежу, как говорят, «за палевом». Мой «оппонент» занял место в метрах десяти от «холста», караулит подход с главной улицы. Еще один – у тропинки слева: людей там практически не встретить, но мало ли...


Фото: Богдан Boston.

Оказалось, следить за обстановкой чуть ли не первостепенная задача. Во-первых, прохожие. Большинству (если можно так сказать о трех-четырех мужиках, идущих в 1:30 с ночной смены) нет дела до райтеров. Редкие случаи, когда подходят и грозятся ноги вырвать или в полицию позвонить. Люди в форме – вот главная опасность.

«Только уазик с синими полосками увидишь или патрульных – сразу же убегай. Поймают – в лучшем случае до утра в отделении просидишь. В худшем выпишут штраф и в базу занесут. И в будущем, если где появятся свежие куски (на сленге – граффити-рисунок на стене), ты первый подозреваемый. – рассказывает Богдан. – Но это всё мелочи: главное, чтобы на вагонах не попался. За поездами они следят часто. Но мы этим не занимаемся. Табу у нас, что ли. В основном рисуем под мостами, на старых гаражах или заборах (как сегодня). Иногда, правда, на крыши лазаем или на баннеры. Но с последними проблема: баллончиками трудно красить, приходиться валиком. Это долго и муторно. А вот на крышах – одно удовольствие: и никто не видит, и вид на город неплохой».


«Райтеры берегут кэпы как зеницу ока». Фото: Богдан Boston.

У райтеров вообще много негласных правил: уважай тех, кто более опытный; не занимай чужой кусок; не копируй стиль. И пожалуй, главное правило: не расписывай дома, представляющие культурную ценность. Да и вообще не крась на жилых домах и тем более на памятниках, мемориалах, надгробиях и машинах. Это вандализм.

В тагильской команде RTK (Русская творческая команда) сейчас пять человек. Несколько лет назад было больше, но кто-то уехал учиться в другой город, кто-то ушел из команды из-за разногласий, а некоторым просто наскучили частые ночные рейды.

– Мы их понимаем, ​ признается Флойд. – Для кого-то граффити – это просто увлечение молодости. Остались только самые безбашенные любители экстрима, ну и, конечно, творческие люди.

«Граффити – это то, чем я занимаюсь относительно долгое время, и сейчас это моя жизнь.  Для меня граффити – это в первую очередь способ выражения внутреннего мира, способ оставить какой-то след после себя. След в буквальном значении. Возможно, это то увлечение, которое подходит лично мне, дарит душевную гармонию. Я чувствую себя более чем хорошо, когда занимаюсь этим. Всё, что я делаю в граффити, проистекает из моих личных интересов». (Богдан Boston)


Граффити в память о погибшем друге-райтере. Фото: Даниил Славянский.

Действительно, даже не граффити – художественное искусство в общем понимании всегда привлекало Богдана: райтер с самого детства буквально жил в этом творчестве.

«Моя мама художник, и с ранних лет я буквально с головой нырнул в художественную сферу. И граффити меня особенно привлекало: часто бродил по улицам, смотрел на настенные рисунки. И как-то я попал в больницу, и меня определили в палату с парнем, который дружил с опытными райтерами. Мы пообщались, обменялись телефонами, и тут всё завертелось. Сначала в группе меня приняли довольно холодно, но постепенно я влился в коллектив и стал своим. Сейчас, правда, редко удается вот так выйти в ночь, порисовать: все учатся или работают. Я два года назад поступил на худграф, другой райтер нашей команды окончил недавно колледж по специальности «ювелир». Флойд учится в Екатеринбурге. Еще один в армию ушел», – говорит уличный художник.

Поэтому сейчас парни красят в основном по одиночке. Иногда, правда, поступают заказы по оформлению помещений, комнат в квартирах, детских домах, даже в школах. Также несколько лет подряд RTK проводит мастер-классы на одном из крупнейших культурных событий в городе – «Ночи музеев». Тогда команда собирается вместе, хоть и не в полном составе.


Оформление помещений. Фото: Александр Балатаев.

– Хочется показать людям, что граффити – это искусство, уличное искусство. Ведь многие считают, что мы занимаемся вандализмом, – с досадой произносит Богдан. Он несколько раз встряхнул баллончик: краска закончилась. Пришлось немного сменить идею будущего шрифта: разделить букву на две части и покрасить разными цветами.

– Обидно, наверное, что художника сравнивают с хулиганом? – спрашиваю я, вертя в руках пустую банку. – Кстати, ты кэп забыл снять. Насколько знаю, вы их бережете, – добавляю и протягиваю Богдану насадку для баллончика.

– Ага, спасибо, – кивает райтер.  Конечно, обидно! Наше увлечение не портит облик города! Я считаю, что это искусство, для которого есть свое место, и не считаю его губительным для окружающей среды. Street art – выражение индивидуального творчества автора, а главное, это современно и красиво. А нас приравнивают к школьникам, которые на деньги, сэкономленные с обедов, покупают черный маркер и ерунду какую-то рисуют прямо на домах.

– А можно мне попробовать покрасить? – спросил я.

– Валяй, – Богдан протянул мне баллончик. – Вот здесь контур нужно сделать, а потом закрасить.

Я нажал на кэп – и из баллончика брызнула желтая краска. Я быстро направил струю на забор и начал плавно вести ее вниз. Получалось довольно криво, цвет распределялся неравномерно. А еще очень едкий запах поступал в нос, отчего у меня немного закружилась голова. Поэтому обычно райтеры красят в респираторах или просто обматывают голову футболкой, чтобы не чувствовать запаха краски. В этот раз защитных масок не было, а одежду снимать не особо хотелось. Пришлось терпеть. Однако через пару минут я привык к ядовитому аромату и практически не чувствовал его. Уж было обрадовался, но заметил, что часть краски попала мне на куртку (даже сейчас, спустя не одну стирку, желтые пятна еще заметны).


«Творить приходиться и в снег, и в зной...» Фото: Богдан Boston.

– А красить сложнее, чем я думал, подметил я. – И это я еще не тороплюсь. А вам приходится делать это быстрее. 

Флойд улыбнулся:

– Ну с опытом приходят и скорость, и мастерство. Также перед тем, как красить, обычно мы делаем эскизы на бумаге. Потом на месте уже легче работать. Сейчас, правда, в моде стали не навороченные шрифты, с кучей цветов, линий, перспектив и так далее. Сейчас модно делать простые тэги. Слышал про московскую граффити-команду «Зачем»? Уже полстолицы исписали – в этом их фишка: брать не качеством, а количеством. Но они считаются ветеранами в граффити: выросли в конце 90-х. У них и стиль жестковат, и места выбирают экстремальные, например, карнизы крыш, электрички красят по ночам. Но райтеры их уважают – легенды, можно сказать.

– А вы только шрифтами занимаетесь?

– Когда красим, так сказать, в свободное время, то да. А сюжетные граффити заказывают при оформлении помещений. Сюжетные – это изображения предметов, людей, животных и так далее. Ну а шрифты – создание оригинальной шрифтовой композиции из переплетенных в различных узорах буквы или аббревиатуры. Вот, например, сейчас мы пишем название нашей команды, а по бокам сделаем свои подписи, чтобы знали, кто автор. Ну знаешь, как на картинах художники внизу тоже расписываются.


«Сейчас в моде Old School».

Мы еще около получаса стояли у того забора. Райтеры заканчивали свою работу, мы следили «за палевом». Это был первый и, пожалуй, последний раз, когда я брал в руки баллончик и, так сказать, внес свой вклад в граффити. Не мое это, красить. Чтобы тебе понравилось создавать картины на городском пейзаже, мало просто полюбить граффити – им нужно жить. И рисовать на стенках по моему личному опыту гораздо сложнее, чем на бумаге. Нужно иметь настоящий талант, видеть перспективу.


Я не понимаю этого избитого спора: «Граффити – искусство или вандализм?» Противники уличного искусства обвиняют райтеров в порче исторических памятников, культурных ценностей, домов. Но ведь настоящий художник никогда не полезет на памятник Ленину, чтобы оставить свою подпись, не станет разрисовывать стены театра. Задача райтера – придать городскому пейзажу более современный, живой вид в тех местах, где своим художеством он никому не навредит.

Я помню, когда впервые познакомился с граффити. Мне было тогда лет пять... Сыновья маминой подруги расписали стены своего подъезда различными рисунками: на одном этаже инопланетянин игриво подмигивает, на другом парень лихо прыгает на скейтборде. Разумеется, красили ребята с разрешения жильцов. И до сих пор этот подъезд явно выделяется своей оригинальностью, живостью и яркостью на фоне других. Разве это является вандализмом? Не думаю...

Заметили опечатку? Выделите фрагмент текста и нажмите ИА «Актуально.ру»

Статьи по теме
Loading...