Револьвер и кокаиновая настойка

Старости: 26 сентября – 2 октября 1916 года

В прежних выпусках «Старостей» мы уже отмечали, что 100 лет назад екатеринбургская пресса всё больше писала о разного рода голоде, кризисах, хвостах (по-нашему очередей). Всё больше в 1916 году случаев мошенничества. Как видно, век назад всё ближе страна подходила к революциям 1917 года. В этом выпуске «Старостей» – еще об одной стороне кризиса общества. В газетах 1916 года всё больше случаев самоубийств (с помощью револьверной пули, уксусной кислоты и даже кокаиновой настойки)… Что-то явно происходило в головах наших предков.

Фото:

26–28 сентября

Задержание бежавших пленных. Чинами полиции первой части против магазина Богатиева задержаны пять военнопленных немцев, которые, видимо, бежали с работ. По-русски никто из бежавших не говорит.

Отмена поздравительных телеграмм. Императору благоугодно было повелеть, чтобы ведомства, войсковые части, учреждения, общества и отдельные лица ввиду обременительности телеграфа не посылали поздравительных телеграмм к дням тезоименитства Наследника Цесаревича и Восшествия Его Величества на престол. Ввиду сего министр внутренних дел наказал 5 и 21 октября не присылать поздравительных телеграмм на имя Его Величества.

Туркмены – грузовые сторожа. Туркестанский генерал-губернатор Куропаткин предложил Пермской железной дороге принять на должность станционных грузовых сторожей туркменов. Эти должности теперь замещены женщинами, но, как выяснилось, исполнение обязанностей грузовых сторожей для женщин является работой непосильной. Поэтому Пермская железная дорога предполагает воспользоваться предложением генерал-губернатора Куропаткина. На железнодорожную службу туркменов будет назначено до 9 000 человек.

На станции Екатеринбург-I предполагается принять 40 туркменов.

Ослиная трагедия

(Василий Князев «Ослиная трагедия» // «Зауральский край», сентябрь 1916 г., № 217)

 

На днях было распубликовано распоряжение о запрещении вывоза за пределы России ослов всех пород (из газет).

Что значит «всех пород?»

Доныне знали две породы:

Одна, что жвачною живет

На лоне матери-природы;

Другая… Впрочем, так и быть,

Страшусь неистового рева,

Дабы ослов не раздразнить,

О ней не скажем мы ни слова!

Меж ними разница в одном:

Одна из них четверонога,

Другая жизненным путем

На двух ногах шагает строго.

И вот немедленно встает

Вопрос, почти неразрешимый:

Которую из двух пород

Беречь от вывоза должны мы?

В распоряженьи как на грех

Всё это политично скрыто;

Беречь ли без изъятья всех

Иль только тех, на ком копыта?!

Протокол полиции. Чинами полиции составлен протокол на рыботорговца А. А. Сменова, торгующего на птичьем рынке, за продажу чебаков, за которых он выпросил вначале 50 коп. за фунт, а затем при взвешивании увеличил цену до 70 копеек за фунт. Нужно иметь в виду, что крупные чебаки до войны продавались не дороже 12–15 копеек за фунт.

Арест карманника. На днях чинами сыскного отделения задержан некто Бондарь-Бандаренко в форме горного техника, по профессии карманный вор, скрывавшийся от выполнения воинской повинности.

Арест аквамаринов. На днях прибыл в Екатеринбург из Читы некто Зубрицкий, владелец аквамариновых копей, и заявил сыскному отделению, что в минувшем мае из приисковой конторы через взлом кладовой у него похищено около полутора пудов аквамаринов в необделанном виде (сырца). Приезд его вызван был слухом, что какая-то женщина выехала из Читы в Екатеринбург, имея при себе партию черных аквамаринов для продажи.

Тогда же чинами сыскного отделения было донесено, что в Екатеринбург действительно прибыла некая Ипполитова и остановилась в номерах «Гранд-Отель», она и предъявила имеющиеся при ней аквамарины весом до 4 пудов и стоимостью 15–18 тысяч рублей.

По объяснении Ипполитовой, аквамарины она привезла действительно для продажи, получив их от отца, который имеет в Чите ювелирную мастерскую. Аквамарины ее отец скупал на месте от крестьян и китайцев мелкими партиями 1,5–2 фунта. На аквамарины наложен арест впредь до проверки заявления Ипполитовой.

Кража. Задержан сыскным отделением и содержится под стражей при 1-й городской полицейской части крестьянин Полуянов. Он обвиняется в кражах разных вещей во время службы сторожем на железной дороге и сам сознался, что похищенный им велосипед у железнодорожного телеграфиста продан им японскому подданному Мень-Ха (по крещении получившему имя Александра Николаевича Долматова). Мень-Ха имеет торговлю на Главной торговой площади за 60 рублей. При осмотре лавки Далматова (Мень-Ха) кроме похищенного велосипеда у телеграфиста обнаружены еще два велосипеда, окрашенных в черную краску. Предполагается, что и эти велосипеды также краденые.

Аптекарь Гоштейн. Одно время уже сообщалось, что бывший беженский местный комитет обратил внимание на аптекаря Гоштейна, имевшего две аптеки – Вознесенскую и Пушкинскую, – а теперь только последнюю. Отпуская медикаменты для беженцев, Гоштейн, несмотря на то что согласился отпускать медикаменты со скидкой 33%, брал больше, чем следует. Медицинская секция тогда же передала это дело на заключение юридического отдела местного комитета союза городов, который по этому делу дал такое заключение: в действиях Гоштейна имеются: 1) несоблюдение состоявшегося между ним и отделом по устройству беженцев соглашения об отпуске лекарств со скидкою 33,3%; 2) оценка лекарств выше таксы.

Данное дело может обернуться иском в отношении аптекаря Гоштейна.

Покушение на самоубийство. 28 сентября в чайной-столовой Г. Я. Алтынова в здании Монетного двора покушался на самоубийство неизвестный молодой человек (лет 20), выпив раствор кокаина. Неизвестному оказана медицинская помощь в городской больнице. Звание, имя, отчество и фамилию он сообщить отказался.

 

29 сентября – 2 октября

Наводнение улиц. Группою обывателей подана просьба в городскую управу. В просьбе говорится, что во время весеннего таяния снега, летом и осенью, во время ненастья углы Главного пр. и Студеной ул. (соответственно проспект Ленина и ул. Маршала Жукова. – Прим. сост.), Покровской и Тихвинской ул. (улицы Малышева и Хохрякова. – Прим. сост.) и почти всю Симановскую улицу затопляет вода, выходящая из канав. Эти наводнения достигают таких размеров, что нередко погреба, подвалы и даже нижние этажи домов заливает вода. Происходит это вследствие того, что вся вода с улиц Московской, Коковинской, Усольцевской, Студеной, Коробковской, Тихвинской, Покровского и Главного проспектов, а также с Верх-Исетской площади поступает в одну канаву, проходящую по Покровскому проспекту в реку Исеть.

Естественно, что канава всей воды с такого громадного района вместить не в состоянии. По мнению обывателей, необходимо кроме упомянутой канавы сделать еще дугой выход воды в реку. Городская управа в настоящее время проводит новую сточную канаву по северной и восточной сторонам нового гостиного двора (ныне это здание городской администрации. – Прим. сост.) с особым выходом в реку. В эту вновь проводимую канаву с площади, которую она будет обслуживать, вода будет поступать ни в каком случае не более ¼ части количества, на которое она рассчитана.

Жители вышеупомянутого района просят управу: 1) довести вновь прорытую канаву от угла нового гостиного двора до угла Успенской ул. на Главного пр. (дома Ижболдина); 2) расчистить имеющуюся канаву от Ижболдина через Главный проспект до дома Абакевич и 3) провести канаву от угла Успенской и Самановской ул. по направлению около магазинов мануфактуры товарищества братьев Макаровых и старого гостиного двора в ту же канаву.

Этим вполне можно достигнуть того, что вода затопляемого района будет иметь три выхода в реку и не будет затоплять вышеупомянутые углы и улицы.

Деревня Колюткина. Грубые нравы

(Местный кооператор «Деревня Колюткина. Грубые нравы» // «Зауральский край», сентябрь 1916 г., № 217)

 

Темна и груба наша русская деревня. Много еще нужно света, чтобы широкие народные массы стали проявлять себя как свойственно культурной нации. Вот один из случаев, рисующий некультурность нашей деревни.

В августовский праздничный день, когда стояло затяжное ненастье, сельские власти этапным порядком вели через нашу деревню китайца. При остановке в сельском правлении промокший и иззябший китаец обратил на себя внимание местного крестьянина Л., только вернувшегося с позиций на поправку. По случаю праздника он выпил, и под веселую руку ему захотелось вышутить китайца. Ради потехи он щипал и толкал китайца, выбрасывал в сени сельского правления и обратно. И несмотря на приказания писаря и старосты, а также усердную мольбу самого китайца Л. продолжал злые игры и наконец самолично затворил китайца в «чижовку» (тюремную камеру. – Прим. сост.). <…>

При всём при этом нельзя не отметить характерного явления. Всю эту дикую забаву видели многие, и никто из них не встал на защиту обиженного китайца; и напротив, толпа смеялась над выходками Л. и страданиями заброшенного сюда судьбою сына Небесной империи. Да, темно еще в деревне.

К «извозчичьему» вопросу. Екатеринбургский союз кредитных и ссудо-сберегательных товариществ обратился к городской управе с просьбой дать союзу для его инструкторов от 100 до 200 штук билетов для расчета с извозчиками, подобных тем, какие выдаются управой пожарному обществу. Ходатайство мотивировано тем, что извозчики невзирая на установленную городской управой таксу берут в два и три раза более. Входить в пререкания с извозчиками, выслушивать брань и привлекать их к ответственности инструктора не имеют ни времени, ни охоты. Тем более что деятельность инструкторов зачастую бывает срочная.

Городская управа удовлетворить ходатайство союза отказалась.

Самоубийство. 30 сентября в гостинице Атаманова на Успенской ул. выстрелом из револьвера системы Нагана в правый висок покончила жизнь самоубийством крестьянка Агния Иосифовна Рябкова, 18 лет, которая в бессознательном состоянии тогда же была отправлена в городскую больницу и в 4 часа дня умерла.

В номере найдена записка, в которой Рябкова просит «в смерти ее никого не винить». Рябкова прибыла в Екатеринбург с прапорщиком 163-го пехотного запасного полка Ф. А. Боновым и мещанкой М. В. Никифоровой, 17 лет, и все трое остановились в номерах Атаманова. Рябкова произвела выстрел в присутствии своих компаньонов, что являлось для них полной неожиданностью, так как ни в тот день, ни раньше она о самоубийстве не говорила.

Отравившаяся. 2 октября проживающая в д. № 9 на Главном проспекте екатеринбургская мещанка Т. А. Фокина, 39 лет, с целью покончить жизненные расчеты выпила значительную дозу уксусной эссенции. Фокина для подачи медицинской помощи была тогда же отправлена в городскую больницу, где позже умерла.

Заметили опечатку? Выделите фрагмент текста и нажмите ИА «Актуально.ру»

Статьи по теме
Loading...