Под своим флагом

Лидер «Чайфа» Владимир Шахрин уверен, что энергия музыки живет не в радиоэфирах, а на концертах

Рок-музыкант, легенда и один безусловных лидеров российского рок-движения Владимир Шахрин рассказал нашему корреспонденту о том, как возник проект выступления с симфоническим оркестром, кому из своих земляков он хотел бы посвятить новый проект, под чьими знаменами должен стоять музыкант, о взрослом отношении к политике и праве молодых идти своим путем, о самой «заколдованной» песне группы «Чайф» и той удивительной энергии музыки, которая ушла из радиоэфиров, но живет в концертах.

Владимир Шахрин – рок-легенда, лидер группы «Чайф» Фото: Алекс Федечко-Мацкевич

Ее величество внезапность, Пантыкин и ностальгия по 60-м годам

– Владимир Владимирович, сегодня «Чайф» выступит с симфоническим оркестром в Санкт-Петербурге. Ранее вы не прибегали к подобной практике. Как возникла эта идея?

– В целом я понимал, конечно, что с оркестром не играл только ленивый. Вообще, выступление групп с оркестром – это дело преимущественно западное, и я не считал, что нужно каким-то образом педалировать данную тему. Но относительно недавно мы разговаривали с Саней Пантыкиным (известный уральский композитор и лидер легендарной рок-группы «Урфин Джюс». – Прим. ред. «Актуально»), и как раз на эту тему зашел разговор. Тут он предложил: «Давай я попробую сделать оркестровые аранжировки к вашим песням». И тут в голове у меня что-то начало срастаться. Мы ведь еще лет 15 назад впервые начали обсуждать эту тему, но всегда упирались в вопросы: а кто же будет создавать аранжировки и вообще чей оркестр это будет? Приходили все время к такому решению, что аранжировки будут делать какие-то чужие люди за деньги. А здесь Саня Пантыкин, который не только председатель Союза композиторов, но и обладатель премии «Золотая маска» за музыку к спектаклям, а также член Свердловского рок-клуба. Во-первых, мы хорошо знакомы, во-вторых, он очень хорошо разбирается в музыке. Более того, Саша очень хорошо знает творчество группы «Чайф». Все эти факторы позволили ему сделать очень легкие и не перегружающие фактуру аранжировки. Хочу отметить, что оркестр не утяжелил, не сделал эту музыку занудной и академичной. Классические моменты нанесены эстрадными мазками. И музыкантам играть тоже очень легко.

Какие новые группы в мировом и отечественном роке производят на вас в данный момент наиприятнейшее впечатление?

– Я слушаю музыку в основном на виниловых пластинках. Для меня это наиболее удобный и приятный формат. Благо сейчас существуют огромные возможности для их приобретения. В силу пристрастия к уже устаревшему оборудованию, как ни странно, я для себя за последние пять лет открыл большое количество новых и старых групп 50–60-х годов, которые выпустили один или два альбома и в силу каких-то причин исчезли. В основном это британские и американские группы, которые вовсе не доходили до Советского Союза, и вот сейчас это составляет огромный пласт музыки. В основном они принадлежат к жанру фолка. Еще не было никаких правил, радиостанций и прочего, не было диктата продюсеров.

Я слушаю музыку в основном на виниловых пластинках.  Для меня это наиболее удобный и приятный формат.

–​ Вы одна из действительно живых легенд русского рока. Какие ваши песни обрели новое звучание для вас спустя годы?

– Наверное, самый простой пример с песней «Ой-йо», которая была написана в 1990 году. Мы записали ее в 1991-м и с тех пор играем практически на всех концертах. Каким-то удивительным образом она перенастраивается на реальность, и лично для меня она каждый раз про разное. То есть в такое волшебное слово складываются в припеве междометия, что сегодня они звучат вот про это, а два месяца назад они звучали про что-то другое. Но каждый раз я понимаю, про что говорю эти слова. И мне кажется, что люди в зале, когда поют эту песню вместе с нами, пронизаны этим пониманием, дышат им. Даже если не в ритм и не тональность, то, безусловно, каждый – про свое. Есть какая-то магия, которая не дает этой песне устаревать.

Фото: Анна Меркулова.

О земляках

Группа «Смысловые галлюцинации» недавно записала клип на песню «Зверь-2» , посвятив ее замечательному уральскому режиссеру Алексею Балабанову. Он подарил нам такие культовые картины, как «Брат» и «Брат-2». Есть ли в планах у вашей группы посвятить памяти деятелей искусства, ваших земляков, клипы или песни в будущем?

Конечно, выдающихся деятелей искусства на Урале много, но известных всей стране – единицы. Думаю, что их можно пересчитать по пальцам. Есть задумка сделать диджейский микс на «Рябину кудрявую» и посвятить что-то ныне живущему и очень уважаемому композитору Евгению Родыгину (народному артисту России и автору музыки к знаменитой «Уральской рябинушке» – Прим. ред. «Актуально»). Правда, я не очень понимаю пока формат всего этого.

Есть задумка сделать диджейский микс на «Рябину кудрявую» и посвятить что-то ныне живущему и очень уважаемому композитору Евгению Родыгину.

Мы уже начали говорить с вами про ваших коллег, и я хотел бы спросить о группе «Сансара». Неоднократно я встречал в различных статьях сведения, что вы очень много сделали как для группы, так и для Александра Гагарина. Слышали ли вы новый альбом «Ласточка». Как оцениваете то, что происходит в данный момент с группой?

– Я смотрю сейчас на Александра Лебедева (настоящая фамилия фронтмена «Сансары». – Прим. ред. «Актуально») и вижу, что он активно возвращается к прежним корням и нормальному песенному формату, когда есть логика и слова, и это главное. Я говорил Сане при встрече, что он со своими звуковыми экспериментами отстал лет на 30. Все это было еще в 60-х годах. «То, что ты издаешь странные звуки, все это от лукавого. Надо петь песни», – говорил я ему. (Улыбается). В целом же я сделал для группы «Сансара» ровно столько, сколько и должен был сделать. Ребятам нужно было поверить в самих себя. Какими-то своими знаниями я поделился с ними в студии. Через десять лет я увидел, что это было не зря.

Символичным стало появление на лице Саши рисунка, как у Дэвида Боуи (популярнейший британский рок-музыкант). Кстати, говоря впервые, Дэвида Боуи он услышал у меня дома и вообще узнал о его существовании. Произошло это году в 1999-м. Кстати говоря, наша встреча с Сашей была совершенно случайной. Мне кто-то принес кассету и сказал, что вот новая и совсем молодая группа. Тогда я сказал дочери, что он интересный парень, так как не выговаривает пол-алфавита. (Улыбается). При этом картавит. И спустя пару дней мне позвонили домой и раздался голос: «Здрасьте! Я Саша. Тот, который пол-алфавита не выговаривает». Затем я пригласил его к себе в гости.

В целом я видел в творчестве «Сансары» много подражания западным звездам. Я ему говорил: «Сань! Я и сам фанат Дэвида Боуи, но в моей музыке ты мало что услышишь от его творчества. Совсем необязательно играть так же, как тот артист, который тебе нравится». Мне кажется, что у Сани Лебедева наступает правильный момент, когда он перестает подражать Radiohead, Боуи и становится тем, кто он есть. 

О политике и Украине

Вы знамениты своей активной гражданской позицией. В настоящее время широкий общественный резонанс вызвал проект «Грязьбург». На въезде в город один из андеграундных художников повесил такую табличку. Полезна ли, на ваш взгляд, данная нашумевшая акция?

– Мне кажется, по большому счету это художественно-политическая акция. Мы все об этом говорим, и я честно скажу, что я всем своим иногородним друзьям объясняю: «Ребята, вы извините, но весной я категорически отказываюсь водить вас по нашему городу». Потому что это что-то невообразимое, очень грязное, да и смотреть по сторонам страшно. Справедливости ради надо сказать, что зимой, ранней осенью наш город выглядит вполне респектабельно. Но к весне все повторяется, как День сурка.

Какое бы мы правительство ни выбирали, ничего не улучшается. В этом отношении я оцениваю власть с точки зрения того, мешает ли она мне, моей семье или кому-либо еще. И я не очень понимаю, как выбранный правитель города или назначенный правитель города повлияет на жизнь моей семьи или жизнь моей группы. Мне кажется, что это позиция взрослого человека.

Свердловское Заксобрание отменило выборы глав муниципальных образований по всей области. Каково ваше отношение к данной инициативе?

Скажу вам сразу, что не намного лучше. Вообще, у меня такое отношение к политике, которое, вполне возможно, является неправильным и даже эгоистичным. Я глубоко убежден, что никакой идеальной власти не существует, не существует никакого идеального политического строя, никакого идеального правительства. Достаточно посмотреть на украинских братьев. Они каждые пять лет выходят на Майдан и что-то кричат, а в конечном итоге все возвращается на круги своя.

И в городе, и в области происходит то же самое. Какое бы мы правительство ни выбирали, ничего не улучшается. В этом отношении я оцениваю власть с точки зрения того, мешает ли она мне, моей семье или кому-либо еще. И я не очень понимаю, как выбранный правитель города или назначенный правитель города повлияет на жизнь моей семьи или жизнь моей группы. Мне кажется, что это позиция взрослого человека. У меня сейчас нет времени воевать с ветряными мельницами, чисто физически нет времени, потому что мне скоро будет 60 лет.

Тем не менее я считаю, что абсолютно правильно, когда молодые стараются изменить мир и верят в то, что если кого-то убрать и поставить других, то они будут лучше, чем назначенные. Поймите, что я не отбираю у молодежи этого права. Но сам я считаю уже, что не важно, выбран представитель власти или назначен. Главное, чтобы он разбирался в своем деле.

Продолжим тему Украины и ваших коллег. Недавно интернет-пространство всколыхнули слова Земфиры, которая в достаточно грубой форме попросила убрать флаг Украины из концертного зала. Как вы оцениваете данный жест?

Это абсолютно ее реакция. Мы не можем знать, по какой точно причине она это сделала. Я и вы не были на этом концерте. Нам это рассказали определенные люди, и есть маленький кусочек видео. Очевидно, что ей не понравилась сама ситуация. Почему-то многие люди хотят, чтобы тот или иной творческий человек обязательно встал под чьи-то знамена, и ставят его перед выбором. То, что она попросила убрать этот флаг, сразу было расценено как нежелание встать именно под этот флаг. А она просто ни под чей флаг не встает. Земфира находится под своим флагом. Рок-дива приехала со своим туром и со своей программой. Я ее понимаю и считаю, что она не сделала ничего оскорбительного ни для России, ни для Украины.

Я знаю, когда на концерте у тебя нет времени подумать, как поступить, ты находишься во взвинченном эмоциональном состоянии – и вдруг тебя что-то из этого состояния выбивает. Это как будто ты играешь в спектакле, и в это время начинает звонить телефон. Тут та же самая история. Неважно, какой был флаг. Честно говоря, я предлагаю всем людям, которые составляют черные списки и относят человека к категории «нерукопожатных», посмотреть фильм «Правда». Он вышел в 2015 году и был номинирован на «Оскар», но не получил премии. На мой взгляд, он на порядок круче нового фильма с Ди Каприо. Я бы всех людей, составляющих такие черные списки, закрыл в помещении и заставил посмотреть этот фильм. Фильм как раз о несправедливом отношении к творческим людям.

Почему-то многие люди хотят, чтобы тот или иной творческий человек обязательно встал под чьи-то знамена, и ставят его перед выбором. То, что Земфира попросила убрать флаг, сразу было расценено как нежелание встать именно под этот флаг. А она просто ни под чей флаг не встает. Земфира находится под своим флагом.

Хотя у всех нас есть черные списки, пусть и неофициальные. Но понимаете, люди должны сами решать, куда идти им или куда не идти. Вот если приедет, например, группа «Вопли Видоплясова» (коллективу, по словам лидера Олега Скрипки, запретили выступать в России. –​ Прим. ред. «Актуально»), и ей нужно дать возможность выступить вне зависимости от того, придут ли на нее 100 человек или тысяча. Ничего не надо придумывать, люди сами разберутся.

Об уходе энергии из радиоэфира

​ Немного о печальном. Недавно умер легендарный музыкант Eagles Гленн Фрай. Как вы относитесь к данному музыканту?

–​ Во-первых, я думаю, что любой юноша моего возраста с восторгом относится к произведению Hotel California, потому что под эту композицию, скорее всего, он прижимал к себе в медленном танце юных дев. У меня есть несколько альбомов Eagles. Это прямо очень американская группа, очень американская. Они роскошно поют. Там прекрасные музыканты. Иногда она для меня скучновата. Хотя могу сказать, что четыре пластинки Eagles в моей коллекции есть.

​ Как вы считаете, роль музыканта в обществе в настоящий момент претерпела сильные изменения?

–​ Роль музыканта, конечно, изменилась. Она не столь велика, как была в 70–​80-х годах, потому что если в 70–​80-х годах рок-музыка была синонимом прогрессивного мышления, причастности к определенной культуре, то люди, слушающие рок-музыку, представляли из себя определенный клан. Каждый выходящий альбом был огромным событием. Об этом писала пресса, и об этом говорили по телевидению. Все это переписывалось друг у друга. Да и сама музыкальная информация была дефицитом, а сейчас и этой музыки, и информации о ней сколько угодно.

Сейчас молодому человеку предлагают столько культурных явлений и событий, что он начинает теряться и музыка становится для него по большому счету фоном. И соответственно, музыкант становится человеком, который создает этот фон. А людям хочется пойти на концерт и почувствовать энергию, потому что у рок-музыканта она еще жива. Если вы вспомните британский фильм «Рок-волна», то там слушали приемники и оттуда питались энергетикой и на обед, и на ужин, образно говоря. А вот в нынешнем радиоэфире, например, этой энергии уже нет. Сейчас всю музыку ставит компьютер и концерты стали одними из последних родничков энергии. Все радиостанции продают рекламное время. И весь цинизм в том, что переключиться на другую волну нельзя. А в концертах энергия еще осталась.

Все радиостанции продают рекламное время. И весь цинизм в том, что переключиться на другую волну нельзя.  А в концертах энергия еще осталась.

–​ Вы ведь наверняка замечаете тенденцию, что стремление к постоянному позитиву, к сожалению, в настоящее время отводит нас от размышления на какие-то важные темы и, даже когда люди начинают писать настоящие роковые песни, они слушаются узкой группой. Так постепенно отмирает искусство.

–​ Вы знаете, так было всегда, честное слово. Вот в школе, где я учился, рок-музыку слушали лишь восемь-девять человек. Все остальные слушали эстраду. Другое дело в том, что, когда мы начинали играть и собирали свою группу, у нас даже в мыслях не было, что это может принести нам деньги. Молодежь же в настоящий момент рассчитывает именно заработать. Но если нет денег, но есть песни, то ничего страшного. Настоящая трагедия возникает тогда, когда есть деньги, но нет песен.

Если нет денег, но есть песни, то ничего страшного. Настоящая трагедия возникает тогда, когда есть деньги, но нет песен.

Заметили опечатку? Выделите фрагмент текста и нажмите ИА «Актуально.ру»

Статьи по теме
Loading...