Концертный зал на 150 койко-мест

Старости: 5–11 сентября 1916 года

Война прочно обосновалась в Екатеринбурге в сентябре 1916 года. Газеты наполнены сводками с фронтов Первой мировой, списками раненых и награжденных на передовой. Реквизиции под военные нужды разных строений – от библиотеки до магазинов. Война всё перемешивает и путает: в одном из самых больших в городе концертных залов располагается лазарет, в буфете – операционная, тюрьма оказывается крупнейшим поставщиков овощей… «Широка страна моя родная…»: сбежавший из Сибири пленный турок добежал только до Екатеринбурга. «Бражница-стахановка»: некая Золотова поставила рекорд упрямства, продолжая свое дело несмотря ни на какие штрафы. Это и не только – в свежем выпуске «Старостей».

Фото:

5–6 сентября

Постройка казарм. 5 сентября в помещении городской управы состоялось собрание многих предпринимателей, внесших деньги на постройку казарм, для того чтобы их предприятия не были заняты под постой войск. Собрание обсуждало вопросы, связанные с постройкой нового здания на Торговой площади.

Дровяные «хвосты». 5 сентября в городской управе был усиленный спрос на дрова. Явилось столько желающих внести деньги за дрова, что образовалась громадная очередь. Выписка дров в управе производится только с 9 часов дня до 12 часов дня, поэтому многие желающие внести деньги за дрова не успели этого проделать, до них не дошла очередь, большая масса потребителей ушла ни с чем.

Дровяной вопрос, видимо, обостряется. Минимальное удовлетворение потребности на дрова со стороны города (0,5 сажени в одни руки) может еще с грехом пополам удовлетворить население, пока нет холодов. Притом городской запас дров невелик. Он может скоро и иссякнуть, если ежедневно в городскую управу будет приходить до 400 человек, как было 5 сентября.

Неудачный побег. 6 сентября в первую городскую полицейскую часть явился пленный турок Хаиль Ибрагим Оглы, бежавший из Сибири, куда он был выслан после пленения под Саракамышем. В каком городе Оглы проживал, указать не может. Работал на чугунном заводе и бежал с товарищем, который неизвестно куда со станции Екатеринбург-I скрылся. Оглы предался в руки полиции только потому, что по болезни дальше бежать не может.

Кража. Проживающая на Водочной улице в д. 165 крестьянка Камышловского уезда О. Артамонова заявила о краже у нее денег серебряною монетой – 113 рублей и револьвера системы Вогана, стоящего 65 рублей. Похищенные деньги и револьвер найдены зарытыми в землю на той же усадьбе у ворот. В краже подозревается прислуга Артамоновой, крестьянка Е. Лазарева.

Городская прачечная. 6 сентября открылась оборудованная городом прачечная. В то время как частные прачечные заведения в настоящее время берут за стирку белья 8 рублей с пуда, городская прачечная будет брать по 5 рублей с пуда. К сожалению, она будет обслуживать только городские учреждения, а также она приняла от местного комитета Союза городов полуторатысячный комплект белья для раненых, которые будут размещены в новооткрывающихся лазаретах.

Подкидыш. 6 сентября к парадному крыльцу д. 2 на Коковинской ул. (ныне ул. Шейнкмана. – Прим. сост.) неизвестно кем подкинута девочка, которая отправлена в Верх-Исетский воспитательный дом им. Петрова.

 

7–8 сентября

Собрание отдела Союза по борьбе с детской смертностью. В среду, 7 сентября, в помещении яслей назначено общее собрание членов местного отдела борьбы с детской смертностью в России. На обсуждение собрания вносится вопрос о дальнейшем призрении детей-подкидышей в числе семи человек. Дети эти были взяты на попечение отдела союза в то время, когда приютить их как земство, так и город отказывались. Теперь дети достигли учебного возраста, и потому правление союза предлагает поручить дальнейшее воспитание их только что открытому в Екатеринбурге временному комитету Всероссийского союза по охране младенчества и материнства или отдать в усыновление.

Рассадник венерических болезней. 7 сентября на Главном проспекте у кинематографа чинами полиции второй части задержаны 27 проституток. По освидетельствовании врача, из них оказались здоровыми лишь 12, остальные 15 – больными венерическими и прочими заразными болезнями.

Задержание с краденым ковром. 7 сентября приставом третьей полицейской части задержана крестьянка Михайловского завода П. Г. Шишкина, имевшая при себе ковер, по-видимому краденый. Шишкина недавно отбыла наказание за кражу, определенной квартиры не имеет.

Закрытие библиотеки имени В. Г. Белинского. Ввиду постановления распорядительного комитета о реквизиции существующего помещения библиотеки взамен предложенного ранее к реквизиции вновь строящегося библиотечного здания библиотека с 7 сентября закрыта на неопределенное время. Книги будут спешно перевезены в новое помещение (книгохранилище уже готово), и библиотека откроется уже в новом помещении при первой к тому возможности, по приведении библиотеки в порядок и по окончании самых необходимых работ по достройке здания.

Тюремные овощи. Комитетом Союза городов выкуплено у местной тюрьмы 1 000 пудов картофеля для продовольствия раненых, которые будут лечиться в лазаретах комитета. Тюрьмой будет поставлена также свежая капуста.

Открытие лазарета. 8 сентября состоялось освящение и открытие лазарета для раненых воинов, оборудованное в помещении Общественного собрания (ныне там располагается Учебный театр, адрес: ул. Карла Либкнехта, 38. – Прим. сост.).

К 2 часам дня здесь собрались члены местного комитета Союза городов, городской голова А. Е. Обухов, гласные думы, члены городской управы, председатель земской управы А. М. Симонов и другие. По прибытии епископа Серафима на сцене, где теперь устроена столовая, началось богослужение.

По окончании молебствия гости осмотрели все отделения нового лазарета. Торжество закончилось скромным чаепитием. Лазарет в помещении Общественного собрания расположен таким образом: все 150 коек помещены в зрительном зале, в лотошной и маленьком зале. В буфетной комнате устроены перевязочная и кабинет врачей, а на сцене, как говорилось выше, устроена столовая. В настоящее время лазарет уже ни в чем не нуждается, и комитетом послана телеграмма: «Шлите раненых»…

Бражный завод. 8 сентября чинами полиции второй части на Малаховской ул. (ныне ул. Энгельса. – Прим. сост.) в доме у Агафьи Золотовой обнаружен бражный завод. Найденая брага в количестве 12 ведер уничтожена, на Золотову составлен протокол.

 

9–11 сентября

Ранение М. Е. Обухова. Находившийся в рядах армии на Юго-Западном фронте полковник М. Е. Обухов, брат екатеринбургского городского головы, получил тяжкое ранение. В настоящее время он эвакуирован для лечения в Киев. М. Е. Обухов награжден за геройские действия при прорыве прусского фронта и за отбитие орудий Георгиевским крестом и золотым оружием.

Герой. Командир одного из сибирских стрелковых полков сообщил городской управе, что на войне отличился екатеринбуржец П. С. Вяткин. Он удостоен награждения Георгиевским крестом. Командир полка предлагает городской управе поместить портрет П. С. Вяткина в присутствии управы.

Из добытых биографических сведений о господине Вяткине известно, что до войны он работал в типографиях газет «Зауральский край» и «Уральская жизнь». Мать героя Вяткина и в настоящее время проживает в г. Екатеринбурге по 2-й Восточной улице.

Обучение инвалидов. Центральный комитет военно-технической помощи прислал екатеринбургской городской управе программу создания ряда общих и профессиональных курсов с целью научить инвалидов-воинов, потерявших отчасти трудоспособность, различным ремеслам и занятиям. Комитет просит город содействовать ему в этом деле.

Сапожная мастерская для раненых. В Екатеринбурге открыта сапожная мастерская для раненых воинов имени Великой Княгини Марии Павловны. В настоящее время сапожному ремеслу уже обучаются уволенные от военной службы крестьяне А. И. Остяков и Н. Д. Шилков.

Санитарный осмотр. 10 сентября городским санитарным врачом совместно с чинами полиции второй части осмотрено в санитарном отношении пирожное заведение Лузянина на Луговой ул., д. 75. Заведение найдено в весьма неудовлетворительном состоянии: везде грязь и пыль. На Лузянина составлен протокол.

Бражный завод – 2. 11 сентября в квартире крестьянки Красноуфимского уезда Золотовой на Малаховской ул., д. 49, чинами полиции второй части произведен вторичный обыск. Найдено вновь 12 ведер браги, которая уничтожена. На Золотову составлен протокол.

Воин-ученик. На строительные курсы при одном из высших начальных училищ явился возвратившийся с войны солдат, раненный в правую руку, и изъявил желание учиться. Администрация курсов отнеслась к нему вначале скептически. Работая левой рукой и выполняя чертежные работы, он оказался способным и весьма понятливым учеником. Теперь с открытием учебного сезона этот воин-ученик оказался в критическом положении: с одной стороны, занятия, с другой – необходимость добывания средств. Печально, что город не имеет хотя бы возвратной стипендии для подобных случаев.

 

Надо знать

(Никто-не Надо знать // «Зауральский край», сентябрь 1916 г., № 202)

 

В жизни редакционных работников, особенно провинциальных, мало «роз» и очень много самых разнообразных «шипов». Со всех сторон «колет» их наша до сих пор жесткая грубая захолустная жизнь. Изводят разные «табу», неожиданно выныривающие из темной глубины обывательских отношений, обескураживают всякие «вето» больших и малых олимпийцев. <…>

Есть и другое, более обидное, с чем трудно примириться, что особенно бьет по нервам, задевает самолюбие, напоминает о недавнем «приказном» прошлом русской жизни. Это нечто, глубоко вкоренившееся в обывательскую гущу стремление купить газетчика, затянуть ему «глотку рублем»: «На, подавись! Только не пропечатывай!» <…>

Явится какой-нибудь обиженный с просьбой «продернуть» обидчика и неизменно добавляет: «Что следует – заплачу». Письмо приносят ходоки из глухой деревни: «Мы что, ежели полагается, на труды, с нашим удовольствием».

Пишут иногда даже начинающие поэты: «Готов работать не только бесплатно, но даже уплатить вашей уважаемой редакции». И если бы еще деньги предлагали только невежественные, полуграмотные, слишком юные, было бы, наверное, полбеды. Перефразируя известное евангельское изречение: «Кому мало дано – с того и спросится мало».

Но тех, кому «дано», сравнительно «много»? Бывают печальные, иногда возмутительные инциденты. Вопрос опереточного полковника Олендорфа «Сколько?» задают нередко дамы «из общества», педагоги, почтенные иереи и протоиереи. Приносят какой-нибудь отчет, письмо, статью и развязно спрашивают: «Сколько прикажете уплатить?»

Как в лавке! Когда объясняешь щедрым «сотрудникам» всю обидную нелепость такого предложения, делают наивные «большие» глаза: «Мы не знали… Мы думали… За объявление ведь платят…»

«Не знали!»

Десятки лет прожили среди местной интеллигенции, часто в ее первых рядах, читали газеты, слышали о газетах...

«Не знали!» <…>

Есть популярные этические истины, незнанием которых оправдываться нельзя. Одна из них: «Газета не дореформенная консистория, не покойный «уездный суд». Это легко запомнить даже очень рассеянным дамам и старым протоиереям. А упорно беспамятным мы, «газетчики», вправе с негодованием сказать на оскорбительное предложение и оправдывающееся «мы не знали»:

«Вы «не знали»? Стыдно, милостивые государыни и государи! Надо знать, пора знать, вы ведь не дети».

Заметили опечатку? Выделите фрагмент текста и нажмите ИА «Актуально.ру»

Статьи по теме
Loading...